ПМЭФ-2026: как российская экономика ищет замену нефтяной игле

Петербургский форум этого года прошел под знаком дефицита: рабочих рук, доступных кредитов и драйверов роста. Пока чиновники отчитываются о скромном росте ВВП, бизнес бьет тревогу из-за инвестиционной паузы и налогового давления. Старая модель, опиравшаяся на экспорт ресурсов, окончательно уступила место разговорам о выживании в условиях жестких ограничений.

Инвестиции в основной капитал в первом квартале просели на 14,3%, что стало главной темой кулуарных дискуссий. Предприниматели в один голос твердят о заградительной стоимости заемных средств и заморозке проектов. Если раньше бизнес строил планы на годы вперед, то сегодня он предпочитает хранить капитал на депозитах. Глава Минэкономразвития Максим Решетников настаивает, что для изменения ситуации нужны институциональные реформы, включая защиту прав собственности, но реальность диктует иные приоритеты: компании сокращают штаты и экономят на персонале, чтобы компенсировать растущие издержки.

Кадровый голод стал ключевым барьером для развития. При безработице в 2,2% рынок труда превратился в аукцион: на одну вакансию квалифицированного рабочего приходится 18 претендентов. Рост зарплат на 15,4% за год радует граждан, но экономистов пугает разрыв между доходами и производительностью труда. Власти пытаются решить проблему через увеличение лимита сверхурочных работ, однако это лишь временная мера перед лицом долгосрочной демографической ямы.

Налоговая повестка также достигла точки кипения. Решение Владимира Путина зафиксировать порог выручки для уплаты НДС на текущем уровне вызвало в зале овации, обнажив глубину недовольства предпринимателей фискальной нагрузкой. Несмотря на оптимизм Минфина, заявляющего о нормальной бюджетной политике, реальные доходы от нефти падают, а дефицит бюджета достиг 6 трлн рублей за пять месяцев. Экономика страны сегодня напоминает перегретый двигатель: она продолжает движение, но ресурсов для полноценного рывка в текущих условиях почти не осталось.